Александр Бангерский (banguerski_alex) wrote,
Александр Бангерский
banguerski_alex

Categories:

"Собачье сердце" - антирусский фильм? Значит, и книга?

Давненько я не пополнял свою коллекцию материалов о Русских. Вообще, забросил свой дневничок, поскольку все свободное время уделяю новой игрушке - intelligentsia1
Ищу блоггеров, которым могло бы быть интересно это сообщество и приглашаю их туда. Ищу интересные тексты об интеллигенции - хвалебные и ругательные, а главное - аналитические.
Вот, в поисках этих текстов и наткнулся на статью Мухина. Но про интеллигенцию там немного (хотя по сути - вся статья именно о ней). Поэтому, скопирую потом и в сообщество, наверное. А пока - здесь:

</lj>

РУССКИЕ НЕРУССКИМИ ГЛАЗАМИ

У меня есть приятель, совсем нерусский, даже не славянин. Никак не могу заставить его начать писать, а собеседник он интереснейший из-за своих парадоксальных взглядов и выводов.

Он большой любитель кино, недавно мы встречались, и приятель заговорил о вновь просмотренном «Собачьем сердце» по мотивам повести Булгакова.

- Раньше я думал, что это просто антикоммунистический фильм, а теперь понял, что это глубоко антирусский фильм. В нем показаны две расы, причем именно русские показаны в унизительном виде, - начал он.

Я этот фильм смотрел по его выходу на экраны, самой повести потом, естественно, не читал, но, по оставшимся от фильма обрывкам воспоминаний, с приятелм не согласился.

- В фильме показаны интеллигенция и простой народ, а они, действительно, как два народа, но это обычный взгляд «творческой интеллигенции» - Булгакова и создателей фильма - на «быдло».

- Нет, - не согласился приятель, - это не внутривидовая борьба, это межвидовая борьба, и если бы в ролях профессора Преображенского и доктора Борменталя в фильме снялись японцы, это было бы хорошо видно. Вы же посмотрите, насколько разное отношение к людям: с их стороны презрение и безжалостность, а со стороны русских сострадание. Шариков издевается над кухарками, но когда Борменталь начал его душить, они стали Шарикова защищать - чисто по-русски. И то, что из бродячей собаки вырастает русский и у русского сердце собачье, имеет глубоко оскорбительный смысл.

- Ну, - не согласился я, - строго говоря, Шариков воспитан евреем Швондером, сказать, что он русский, трудно, коммунист - да.

- Нет, именно русский, это сразу узнается. Смотрите, какие он сделал выводы после попытки прочесть переписку Маркса с Каутским - нужно все взять и поделить. Как русский!

- Ты тут себе противоречишь, это все же скорее по-коммунистически, - приятель задумался, не находя доводов, но и я тоже заколебался. - Хотя, конечно, делить поровну - это по-русски. Мне, как-то, серб, еще в СССР, рассказал анекдот, который он, западноевропеец, считал смешным. Русский и поляк нашли кошелек. Русский предлагает поделить по-братски, а поляк предлагает поделить поровну. Тут надо смеяться, но я не понял, в чем юмор или сатира, и серб победно подытожил, что мы, русские, этот анекдот в принципе понять не можем, поскольку у нас, в России, никогда не было майоратного права. У нас отец не мог выгнать сына из семьи, а мог его только отделить, причем, наделив равной со всеми мужчинами долей своей собственности. Для русских «по-братски» - это только поровну, других вариантов нет. А на Западе было майоратное право, по которому вся собственность отходила только старшему сыну. А остальным не доставалось ничего, как в сказке «Кот в сапогах»: «Старшему досталась мельница, среднему - осел, а младшему - кот.

- Точно, - засмеялся приятель, - крестовые походы совершали младшие братья. И вот, смотрите, фильм «Золотой теленок», - вспомнил он. - Роман написали русский и еврей, так что образы должны быть точными с точки зрения расовых особенностей. В фильме четыре проходимца - непонятной национальности, поляк, еврей и русский. Вспомните, как Шура Балаганов и Паниковский деньги делили...

Прерву приятеля и лучше приведу этот эпизод прямо из книги, напомнив, что предшествует ему рассказ о том, как Шура и Паниковский ограбили Корейко.

«Когда Остап вернулся в гостиницу «Карлсбад» и, отразившись несчетное число раз в вестибюльных, лестничных и коридорных зеркалах, которыми так любят украшаться подобного рода учреждения, вошел к себе, его смутил господствующий в номере беспорядок. Красное плюшевое кресло лежало кверху куцыми ножками, обнаруживая непривлекательную джутовую изнанку. Бархатная скатерть с позументами съехала со стола. Даже картина «Явление Христа народу» и та покосилась набок, потерявши в этом виде большую часть поучительности, которую вложил в нее художник. С балкона дул свежий пароходный ветер, передвигая разбросанные по кровати денежные знаки. Между ними валялась железная коробка от папирос «Кавказ», На ковре, сцепившись и выбрасывая ноги, молча катались Паниковский и Балаганов.

Великий комбинатор брезгливо перешагнул через дерущихся и вышел на балкон. Внизу, на бульваре, лепетали гуляющие, перемалывался под ногами гравий, реяло над черными кленами слитное дыхание симфонического оркестра. В темной глубине порта кичился огнями и гремел железом строящийся холодильник. За брекватером ревел и чего-то требовал невидимый пароход, вероятно, просился в гавань.

Возвратившись в номер, Остап увидел, что молочные братья уже сидят друг против друга на полу и, устало отпихиваясь ладонями, бормочут: «А ты кто такой?»

- Не поделились? - спросил Бендер, задергивая портьеру.

Паниковский и Балаганов быстро вскочили на ноги и принялись рассказывать. Каждый из них приписывал весь успех себе и чернил действия другого. Обидные для себя подробности они, не сговариваясь, опускали, приводя взамен их большое количество деталей, рисующих в выгодном свете их молодечество и расторопность.

- Ну, довольно? - молвил Остап. - Не стучите лысиной по паркету. Картина битвы мне ясна. Так вы говорите, с ним была девушка? Это хорошо. Итак, маленький служащий запросто носит в кармане... вы, кажется, уже посчитали? Сколько там? Ого! Десять тысяч! Жалованье господина Корейко за двадцать лет беспорочной службы. Зрелище для богов, как пишут наиболее умные передовики. Но не помешал ли я вам? Вы что-то делали тут на полу? Вы делили деньги? Продолжайте, продолжайте, я посмотрю.

- Я хотел честно, - сказал Балаганов, собирая деньги с кровати, - по справедливости. Всем поровну - по две с половиной тысячи.

И, разложив деньги на четыре кучки, он скромно отошел в сторону, сказавши:

- Вам, мне, ему и Козлевичу».

Остановим повествование.

- Заметьте, - говорил мне приятель, - Остапа и Козлевича не было при грабеже, но русский Балаганов о них помнит, Бендер - глава шайки, но Балаганов и не думает к нему «подмазываться» - он назначает Бендеру такую же долю, как и остальным.

Но продолжим чтение романа.

«- Очень хорошо, - заметил Остап. - А теперь пусть разделит Паниковский, у него, как видно, имеется особое мнение.

Оставшийся при особом мнении Паниковский принялся за дело с большим азартом. Наклонившись над кроватью, он шевелил толстыми губами, слюнил пальцы и без конца переносил бумажки с места на место, будто раскладывал большой королевский пасьянс. После всех ухищрений на одеяле образовались три стопки: одна - большая, из чистых, новеньких бумажек, вторая - такая же, но из бумажек погрязнее, и третья - маленькая и совсем грязная.

- Нам с вами по четыре тысячи, - сказал он Бендеру, - а Балаганову две. Он и на две не наработал.

- А Козлевичу? - спросил Балаганов, в гневе закрывая глаза.

- За что же Козлевичу? - завизжал Паниковский. - Это грабеж! Кто такой Козлевич, чтобы с ним делиться? Я не знаю никакого Козлевича.

- Все? - спросил великий комбинатор.

- Все, - ответил Паниковский, не отводя глаз от пачки с чистыми бумажками. - Какой может быть в этот момент Козлевич?»

- Шура мог просто поторговаться и выторговать себе еще полтыщи, и у него было бы столько же, как он и сам себе назначил, - продолжил мысль мой нерусский приятель. - Но он дрался с Паниковским, чтобы свою долю получил и Козлевич, которого Паниковский предал, даже не задумываясь. Но, одновременно заметьте, хитрый Паниковский «подмазывает» атамана большой долей, чтобы с его помощью самому получить больше, чем при делении добычи Шурой.

А теперь вспомните, как описан в романе эпизод смерти Паниковского, которого к этому моменту ненавидел не только Шура Балаганов, но и вся компания, которую Паниковский только что оставил голодной из-за своей алчности.

«Дорога тянулась бесконечно, и Паниковский отставал все больше и больше. Друзья уже спустились в неширокую желтую долину, а нарушитель конвенции все еще черно рисовался на гребне холма в зеленоватом сумеречном небе.

- Старик стал невозможным, - сказал голодный Бендер. - Придется его рассчитать. Идите, Шура, притащите этого симулянта!

Недовольный Балаганов отправился выполнять поручение. Пока он взбегал на холм, фигура Паниковского исчезла.

- Что-то случилось, - сказал Козлевич через несколько времени, глядя на гребень, с которого семафорил руками Балаганов. Шофер и командор поднялись вверх. Нарушитель конвенции лежал посреди дороги неподвижно, как кукла. Розовая лента галстука косо пересекала его грудь. Одна рука была подвернута под спину. Глаза дерзко смотрели в небо. Паниковский был мертв.

- Паралич сердца - сказал Остап, чтобы хоть что-нибудь сказать. - Могу определить и без стетоскопа. Бедный старик!

Он отвернулся. Балаганов не мог отвести глаз от покойника. Внезапно он скривился и с трудом выговорил:

- А я его побил за гири. И еще раньше с ним дрался».

Все! Русский тут же начал жалеть своего врага и каяться, что нанес ему когда-то обиды...

Между прочим, придя домой, я вспомнил, чуть ли не буквально такой же пример из своей книги «Антироссийская подлость», в котором сообщаю, что исследователь советских лагерей для военнопленных австрийский историк С. Карнер написал в своей книге «Архипелаг ГУПВИ» в главе «Корректировка образа врага»: «Важным моментом для тех, кто был вынужден работать в Советском Союзе, был контакт с русским гражданским населением. Опыт совместной работы в промышленности, сельском хозяйстве и на шахтах в большинстве случаев вносил существенные изменения в образ «русского», созданный нацистской пропагандой. В особенности резко пропагандистскому образу врага противоречат взволнованные, доброжелательные рассказы бывших военнопленных о жизни и о значении русской женщины в семье и в обществе, а также о «простых русских». В памяти многих навсегда остались и каша, которой с ними делились русские, и предложенная папироска или еще какой-нибудь поступок - все это создавало новый для многих образ «русского», который даже в экстремальной ситуации, будучи сам на грани жизни и смерти, когда нет ничего лишнего, делится последним».

Так что же наша российская интеллигенция? Другой народ или уже другая раса, которая к тому худшему, что есть у русских, добавила все худшее, что есть у других народов?

Ю.И. МУХИН

Дуэль, 28.12.2008 - http://www.duel.ru/200901/?01_9_1
Tags: "Собачье сердце", Булгаков, Евреи, Русские, интеллигенция
Subscribe

  • Зафрендил bigdrum

    bigdrum - я узнал о его существовании благодаря его отклику на мою старую (годичной давности) запись "Письменное народное творчество".…

  • Бисмарк о России и Русских

    «Заключайте союзы с кем угодно, развязывайте любые войны, но никогда не трогайте русских» «Превентивная война против России…

  • 9 принципов счастья из разных стран. И десятый - из России.

    Каждый из нас по большому счету приходит в этот мир только с одной целью — стать счастливым. Другое дело, что представления о счастье у нас у…

promo banguerski_alex april 11, 2018 15:00 1
Buy for 100 tokens
Мою статью разместили на сайте весьма солидного журнала "Россия в глобальной политике": Поджечь траву, избежать пожара 29 января 2018 Александр Бангерский Александр Бангерский Резюме: Столетие Февральской, а затем и Октябрьской революции 1917 года прошли на удивление тихо и…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments