Александр Бангерский (banguerski_alex) wrote,
Александр Бангерский
banguerski_alex

Categories:

Россия как нарциссическое расстройство личности, Украина как нарциссическая травма. Часть 3

Оригинал взят у morreth в Россия как нарциссическое расстройство личности, Украина как нарциссическая травма. Часть 3

Итак, по итогам дискуссии с Якобинцем и тем еще парнем у меня случился вот этот самый вполне полезный инсайт насчет того, почему я никогда не обращалась к своему «внутреннему русскому». Потому что в этой субличности нет ничего позитивного. Не в том смысле, что «только негатив», а в том, что она вообще не наполнена никаким содержанием, пустотна. Быть русскимэто значит быть каким? Делать что? – нет ответа. Причем эта пустотность ощущается не как «отсутствие ощущений», а вот именно как дыра в вакуум, куда начинает затягивать людей и вещи в фантастическом кино, когда образуется пробоина в обшивке корабля. У нее один, единственный, но очень настойчивый зов: слиться с другими русскими и стать частью чего-то «большого и чистого».

У меня было время, когда я этому соблазну поддалась. Ну, почти поддалась. Кто меня давно знает, помнит «имперский период», когда я хвалила Рыбакова и была за интеграцию Украины с Россией.

Спасли меня две вещи. Первая: Римско-Католическая церковь. То есть, тягу к «большому и чистому» может утолить любой «изм», дырку между подсознательным ощущением собственной ничтожности и осознанным стремлением к грандиозности принадлежность к грандиозной группе затыкает хорошо. Но в данном случае Российско-Советская Империя с ее жалкими претензиями на «Третий Рим» разгромно проиграла в сравнении с собственно первым Римом.

И второй момент, который меня спас от «оватнения» - я видела, что единомышленники стремительно портятся или по каким-то причинам уже испорчены. В частности, на фоне разговоров о «соборности» о «коллективной душе православного мира» в них отчего-то неистребима тяга к мелкому подсиживанию и предательству. При этом они могут на голубом глазу поддерживать отношения с человеком, которого предают, зная, что он знает…

В общем, ну и шайка у этого Тома Сойера, одна шваль.

Ну и «задничное» ощущение бессодержательности, пустотности. Мой «внутренний хохол» раздражал меня примитивностью своих нужд: ничего возвышенного, весь о хлебе и желательно с маслом. Внутренний русский звал слиться в экстазе с другими русскими – но совершенно не знал ответа на вопрос «а что дальше»? Я на тот момент была уже не первый год замужем и знала, что семейная жизнь не из одних оргазмов состоит. «Мы русские, какой восторг!» - ну, восторг, а дальше что?

Я наивно полагала, что другие русские, более продвинутые, мне расскажут.

А вот нифига.

(Кстати, я думаю, что вот здесь и пролегает водораздел между ментальной Украиной и ментальными титушечными республиками: для русских, которые сейчас стоят за Единую Украину и даже сражаются за нее с оружием в руках, принципиален именно этот вопрос: что дальше? Ну, присоединились к России, набухались на радостях, протрезвели, дальше что будет? Ах, у вас нет четкого представления. Тогда чемодан-вокзал-нахер, я не хочу губить свое настоящее и будущее ради пятиминутки восторга).

Потом была Тузла и я с ужасом увидела, что это, собственно, и все. «Какой восторг», и в угаре этого восторга разрешать себе все и смотреть на всех свысока. Ничего больше.

Ты можешь быть русским с деда-прадеда, обожать Пушкина и Тургенева, говорить по-русски и писать без ошибок – но тебя никогда не признают своим, если ты не разделяешь этой тяги к сбиванию в кучу и не хочешь быть частью Империи. От Курбского до наших дней это остается непреложным. И наоборот: если ты иностранец, но стремишься в Империю – ты русский, гляньте на Жерара Депардье.

До смешного доходит. Некая русская патриотка проживает в Германии, она бывшая жена этнического немца, ее дети этнические немцы, она платит налоги в Германии, растит детей в германии (ибо хорошо знает, каково проблемным детям в России), она даже не православная, она римский католик. Но она опознается руспатами как «своя», потому что ругает запад и хвалит СССР.

И наоборот – Аркадий Бабченко живет в Москве, налоги платит в России, детей растит в России, дважды сражался за Россию в ее колониальных войнах – но стоило ему начать позитивно отзываться о Майдане и АТО, как он враг народа и русофоб, и бабушка еврейка...

Самая жестокая ирония тут состоит в том, что обычно именно патриоты – злейшие критики своей страны. Но мы помним из первой части про нарциссизм и критиков, так?

Я уже писала, что главная проблема с русским национализмом – в том, что это вообще не национализм. Национализм – это стремление сделать лучше своему народу. Даже такое ебанько, как Гитлер, озаботилось не только нарциссическими чаяниями немцев, но и дорогами. Если удержание Империи сделает нации хуже – обойдемся без Империи.

Но русский национализм – это именно удержание Империи любой ценой и расширение оной без оглядки на возможности и последствия. Это настолько не национализм, что в советские годы легко прокатывало за интернационализм. Только настоящий интернационализм – это «все нации хороши», а советский – «все нации хороши, пока они с нами и пока мы можем с ними делать что хотим».

Вот почему русское националистическое движение во все времена выглядело так жалко: с одной стороны, русский националист, если хоть немного мозга есть у него в голове, понимает, что Империя губит нацию, что она снова и снова использует ее как расходный материал в своих проектах – и что нужно против этой Империи что-то предпринять; но его «внутренний русский» при этом стремится слиться с Империей в экстазе. Как тут не профейлить эпически все дело.

Во времена перестройки казалось какое-то время, что нарциссический цикл сейчас Россия сломает. Люди окончательно поняли, что одновременно быть грандиозным и стоять в очереди за сахаром по талонам ни фига не выходит. К черту грандиозность, мы хотим достатка! Мы хотим нормальной еды, хорошей одежды, машин, которые ездят и сервиса, который обслуживает. Реальность победила.

А вот хрен. Оказалось, что тяги к достатку недостаточно. Не происходит чудодейственного преображения реальности, на которое нарцисс всегда рассчитывает. Нужна терапевтическая работа, нужно выкапывать и выковыривать из подсознания свое «ничтожное я», свои прососы и грехи.

У немцев это выкапывание и выковыривание приобрело буквальный характер: союзники гоняли их в концлагеря выкапывать трупы жертв и перезахоранивать на гражданских кладбищах. И как жаль, Господи, как жаль, что коммуняк не заставили раскапывать Бутово или Быковню или другие места массовых захоронений. Меньше было бы паскудных шуточек про «сорок миллионов, убитых лично Сталиным».

Вместо момента осознанности Перестройка стала очередным циклом нарциссического самоуничижения. За которым пошла новая перезагрузка – «поднятие с колен».

Самое плохое в нарциссическом расстройстве – то, что его непосредственный виновник, как правило, начинает страдать уже поле того, как заставил пострадать всех в воем окружении. То есть, оно не может поразить одну персону и на том остановиться – пораженная персона в ходе жизнедеятельности распространяет вокруг себя. Причем те, кто имел несчастье нарцисса полюбить, страдают больше всего.

Повреждения, которые нарцисс оставляет на психике окружающих, называются нарциссическоой травмой.

И Украина пострадала от нее тяжко.

Многобуков о нарциссической травме. Внешне она выглядит как проявления нарциссического характера в человеке, который сам по себе не нарцисс. Вот если в вашем кругу есть кто-то, кто нарциссом не был, но сочетался с нарциссом браком, вы начнете в его/ее поведении замечать нарциссические черты. Почему они проявляются? Потому что нарцисс стремится разрушить личность партнера и тот выстраивает защитные механизмы.

Начинается с идеализации. Нарцисс оголтело идеализирует партнера, друга, ребенка – потому что все, кто имеет к нему отношение, должны быть совершенны. Но никто не совершенен, так что эта фаза всегда коротка. Ну и нарцисс реально не может потерпеть рядом с собой кого-то превосходящего или хотя бы равного. Так что дальше начинается фаза обесценивания или фаза «ты можешь и получше»: каждое персональное достижение партнера/ребенка/друга либо присваивается нарциссом, либо обесценивается. Затем начинается фаза унижения: благополучно лишив жертву личных достижений, нарцисс внушает ей, что она полное ничтожество, а нарцисс – единственное светлое пятно в ее мизерной жизни. Дальше идет фаза прямого насилия: физического, психического, экономического.

Почему это происходит? Во-первых, потому что внутри нарцисс ощущает свое ничтожество и не верит, что кто-то может любить его и быть с ним добровольно. Во-вторых, у нарцисса «я» нестабильно, локус контроля снаружи – и ему страшно, что кто-то завладеет контролем. Он боится, что его будут опять унижать, наказывать и прессовать, как делали любимые родители, и проецирует этот страх на других любимых. В-третьих, из-за размытости своего «я» он не очень хорошо отличает свою личность от других. То есть, на сознательном уровне он прекрасно понимает, что он отдельно, а Вася Пупкин отдельно, но на уровне подсознания при интеракции с Васей он уже фигово понимает, где его эмоции и потребности, а где Васины. Если нарцисс Васю ненавидит, он это воспринимает как «Вася ненавидит меня», особливо если религия мешает ему ненавидеть Васю откровенно (Коля, я машу тебе ручкой). Если он Васю любит, то Вася однозначно любит его, и в каждом жесте Васи он эту любовь к себе прочитывает. Если со временем выясняется, что Вася таки не любит, то Вася сцукопредатель и нет ему прощения. А если Вас таки любит – Боже храни Васю, ему предстоит весь этот цикл от идеализации до насилия. Потому что нарцисс будет требовать полного растворения в себе, а когда добьется этого – обнаружит, что любить больше некого и пойдет искать новую жертву.

Идеализация-обесценивание-унижение-насилие при этом не сменяют друг друга, а дополняют и усугубляют.

Я хочу, чтобы вы знали: нарцисс вовсе не ощущает себя успешным хищником. Напротив, он ощущает себя жертвой. «Я влюбился в нимфу, а она превратилась в пошлую бабу с примитивными желаниями» - стандартная лав-стори нарцисса. Вот эта пошлая баба и страдает от нарциссической травмы.

Самые сообразительные уже заметили паттерн, да?

Дарагие россияне любят описывать свои отношения с бывшими колониями в терминах семейных отношений, особенно братства. И, конечно, русский народ – старший брат (скипнем тот неловкий момент, что грузины и армяне крестились за полтысячелетия до русских, а Киев был процветающим средневековым городом, когда на месте Москвы находилось болото). Сейчас Москва на коне поэтому русские – «старшие». И именно они ведут «младших братьев»…а куда, собснно? А неважно, куда бы старший брат ни вел – все хорошо. Он же старший.

Русские любят «младших братьев», эти маленькие гордые нации, геройски сражавшиеся против захватчиков – турков там разных, татар, поляков и немцев, и кто там еще пытался захватничать. И сражались они гордо и бесплодно, изнемогали, пока русский старший брат руку не протнул и не помог захватчику ввалить. А тогда уже они счастливо воссоединились с братом и стали частью Империи.

И как только они частью Империи стали, как тут же кинулись изучать русский язык, великий, могучий, правдивый, свободный, и поняли, что он намного лучше, чем их языки. Так что они легко перешли на русский или, по крайней мере, заменили алфавит на кириллицу (кроме вечно подозрительных прибалтов, постоянно косящих на Запад, да грузин с армянами, упорно цепляющихся за свои архаичные кракозябры).

Но некоторые, прямо скажем, отщепенцы и сукинсыны нахально заявили, что Россия – такой же захватчик, как и те, другие, что «освобождение» в ее исполнении – такое же завоевание, вид сбоку, и боле ничего. Они держатся за свои смешные языки, пытаются сочинять на них какую-то жалкую литературу, ковыряются с фольклором – словом, сепаратисты и буржуазные националисты. При царизме с ними панькались, ссылали в ссылки, при Советах расстреливали и в лагеря загоняли – даже странно, почему не помогло, и в 1991 году эти пидарасы провозгласилти свои суверенитеты, укусили руку кормящую, цуки такие. Но мы их не бросили, м им устроили свои марионеточные режимы, поэтому они рано или поздно поумнеют и вернутся к нам, ну а самых паршивых мы заставим.

То есть, цикл «идеализация-обесценивание-унижение-насилие» в государственном масштабе. Мы сейчас проходим фазу насилия, как вы успели догадаться.

Сердцевина украинского национального «эго» сформировалась до эпохи интенсивных контактов с пост-монгольской Русью. Сепарация, сопряженная с развитием национального самосознания, была направлена на католическую Польшу главным образом. С ней дружились, воевали, мирились, сливались, разъединялись, Московия была где-то на периферии. Именно в то время у украинца сложился сердцевинный «образ себя» - запорожского казака, «несгибаемого, непреклонного, несломленного». Да, Украина никогда не сводилась к одному только Войску Запорожскому, но именно оно было ключевой политической силой в этой местности.

Именно в качестве гетмана Войска Запорожского Богдан Хмельницкий провел Переяславскую Раду и подписал Мартовские статьи. С точки зрения России, мартовские статьи были этаким вечным брачным контрактом священного и нерушимого союза, заключенного на небесах.

С точки зрения тогдашних украинских вождей и лично Богдана это был политико-военный союз против Польши, и он закончился, когда царь, нарушив условия договора, подписал с Речью Посполитой мир. Казаки рассуждали в западных терминах вассалитета и сюзеренитета, цари – в терминах восточного деспотизма. Московский посол, представлявший на Раде царя, отказался присягать казакам на верность – «Царь не присягает подданным». На этом основании ряд казачьих полковников, в свою очередь, отказались присягать на верность царю и подписывать артикулы. То есть, договор был сомнительным с самого начала, через 13 лет он окончательно скис, а самое главное – Мартовские статьи не содержали ни полслова о присоединении Украины к России! Гетман присягался платить дань и идти воевать по призыву царя со всем Войском Запорожским. Что за хрень, откуда выскочило это «воссоединение Украины с Россией»?

Вот эта вот разница между российской и украинской точкой зрения – один из ключевых моментов в наших отношениях. Россия, как бы она себя ни называла – Империя, СССР, Федерация – никогда не считалась с украинской точкой зрения. Для них этот временный военный союз был согласием воссоединиться навсегда, точка.

Вот та вот неспособность встать на чужую точку зрения есть ключевой проблемой в отношениях с нарциссами. Это называется нарциссическим эгоцентризмом.

(окончание следует)

{C}{C}

This entry was originally posted at http://morreth.dreamwidth.org/1926091.html. Please comment there using OpenID.
Tags: Русские, Чигиринская, национальная психология, национальный характер
Subscribe

  • «Бублички»

    Однажды Исаака Дунаевского спросили: «Какая ваша самая любимая песня протеста?» – «Бублички», – ответил…

  • Зафрендил bigdrum

    bigdrum - я узнал о его существовании благодаря его отклику на мою старую (годичной давности) запись "Письменное народное творчество".…

  • Бисмарк о России и Русских

    «Заключайте союзы с кем угодно, развязывайте любые войны, но никогда не трогайте русских» «Превентивная война против России…

promo banguerski_alex april 11, 2018 15:00 1
Buy for 100 tokens
Мою статью разместили на сайте весьма солидного журнала "Россия в глобальной политике": Поджечь траву, избежать пожара 29 января 2018 Александр Бангерский Александр Бангерский Резюме: Столетие Февральской, а затем и Октябрьской революции 1917 года прошли на удивление тихо и…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments