Александр Бангерский (banguerski_alex) wrote,
Александр Бангерский
banguerski_alex

Добрый дедушка Корней

В ЖЖ прокатилась волна цитат из поэмы Чуковского "Одолеем Бармалея", которая была написана в 1942 г., напечатана в "Пионерке" и несколькими отдельными изданиями, вычеркнута лично Сталиным из антологии советской поэзии (1943 г.), после чего подверглась разгромной критике в "Правде" и больше уже никогда при советской власти не публиковалась. Интересующихся отсылаю к полному тексту: http://www.chukfamily.ru/Kornei/Tales/odoleem.htm

В этой связи захотелось разыскать поразившие меня в свое время записи из дневника доброго дедушки Корнея об увеселительном посещении крематория и его письмо Сталину с предложением отправлять в трудовые колонии 10-летних детей. Нашел:

1.
3 января 1921

Вчера черт меня дернул к Белицким. Там я познакомился с черноволосой и тощей Спесивцевой, балериной, нынешней женой Каплуна. Был Борис Каплун - в желтых сапогах, - очень милый. Он бренчал на пьянино, скучал и жаждал развлечений. "Не поехать ли в крематорий?" - сказал он, как прежде говорили: "не поехать ли к "Кюба" или в "Виллу Родэ"? - А покойники есть? - спросил кто-то. - Сейчас узнаю. - Созвонились с крематорием, и оказалось, что, на наше счастье, есть девять покойников. "Едем!" - крикнул Каплун. Поехал один я да Спесивцева, остальные отказались. (...) Правил Борис Каплун. Через 20 минут мы были в бывших банях, преобразованных по мановению Каплуна в крематорий. Опять архитектор, взятый из арестантских рот, задавивший какого-то старика и воздвигший для Каплуна крематорий, почтительно показывает здание; здание недоделанное, но претензии видны колоссальные. Нужно оголтелое здание преобразовывать в изящное и грациозное. Баня кое-где облицована мрамором, но тем убийственнее торчат кирпичи. Для того, чтобы сделать потолки сводчатыми, устроены арки - из... из... дерева, которое затянуто лучиной. Стоит перегореть проводам - и весь крематорий в пламени. Каплун ехал туда, как в театр, и с аппетитом стал водить нас по этим исковерканным залам. (...) К досаде пикникующего комиссара, печь оказалась не в порядке: соскочила какая-то гайка. Послали за спецом Виноградовым, но он оказался в кинематографе. Покуда его искали, дежурный инженер уверял нас, что через 20 минут все будет готово. Мы стоим у печи и ждем. Лиде холодно - на лице покорность и скука. Есть хочется невероятно. В печи отверстие, затянутое слюдой, - там видно беловатое пламя - вернее, пары - напускаемого в печь газа. Мы смеемся, никакого пиетета. Торжественности ни малейшей. Все голо и откровенно. Ни религия, ни поэзия, ни даже простая учтивость не скрашивает места сожжения. Революция отняла прежние обряды и декорумы и не дала своих. Все в шапках, курят, говорят о трупах, как о псах. Я пошел со Спесивцевой в мертвецкую. Мы открыли один гроб (всех гробов было 9). Там лежал - пятками к нам - какой-то оранжевого цвета мужчина, совершенно голый, без малейшей тряпочки, только на ноге его белела записка: "Попов, умер тогда-то". "Странно, что записка! - говорил впоследствии Каплун. - Обыкновенно делают проще: плюнут на пятку и пишут чернильным карандашом фамилию".

В самом деле: что за церемонии! У меня все время было чувство, что церемоний вообще никаких не осталось, все начистоту, откровенно. Кому какое дело, как зовут ту ненужную падаль, которую сейчас сунут в печь. Сгорела бы поскорее - вот и все. Но падаль, как назло, не горела. Печь была советская, инженеры были советские, покойники были советские - все в разладе, кое-как, еле-еле. Печь была холодная, комиссар торопился уехать. "Скоро ли? Поскорее, пожалуйста". "Еще 20 минут!" - повторял каждый час комиссар. Печь остыла совсем. (...) Но для развлечения гроб приволокли раньше времени. В гробу лежал коричневый, как индус, хорошенький юноша-красноармеец, с обнаженными зубами, как будто смеющийся, с распоротым животом, по фамилии Грачев. (Перед этим мы смотрели на какую-то умершую старушку, прикрытую кисеей, - синюю, как синие чернила.) (...) наконец молодой строитель печи крикнул - накладывай! - похоронщики в белых балахонах схватились за огромные железные щипцы, висящие с потолка на цепи, и, неуклюже ворочая ими и чуть не съездив по физиономиям всех присутствующих, возложили на них вихляющийся гроб и сунули в печь, разобрав предварительно кирпичи у заслонки. Смеющийся Грачев очутился в огне. Сквозь отверстие было видно, как горит его гроб - медленно (печь совсем холодная), как весело и гостеприимно встретило его пламя. Пустили газу - и дело пошло еще веселее. Комиссар был вполне доволен: особенно понравилось всем, что из гроба вдруг высунулась рука мертвеца и поднялась вверх - "рука! рука! смотрите, рука!", - потом сжигаемый весь почернел, из индуса сделался негром, и из его глаз поднялись хорошенькие голубые огоньки. "Горит мозг!" - сказал архитектор. Рабочие толпились вокруг. Мы по очереди заглядывали в щелочку и с аппетитом говорили друг другу: "раскололся череп", "загорелись легкие", - вежливо уступая дамам первое место. Гуляя по окрестным комнатам, я со Спесивцевой незадолго до того нашел в углу... свалку человеческих костей. Такими костями набито несколько запасных гробов, но гробов недостаточно, и кости валяются вокруг... (...) кругом говорили о том, что урн еще нету, а есть ящики, сделанные из листового железа ("из старых вывесок"), - и что жаль закапывать эти урны. "Все равно весь прах не помещается". "Летом мы устроим удобрение!" - потирал инженер руки. (...)

Инженер рассказывал, что его дети играют в крематорий. Стул - это печь, девочка - покойник. А мальчик подлетит к печи и бубубу! Это - Каплун, к-рый мчится на автомобиле.

Вчера Мура впервые - по своей воле - произносила папа: научилась настолько следить за своей речью и управлять ею. Все эти оранжевые голые трупы тоже были когда-то Мурочками и тоже говорили когда-то впервые - па-па! Даже синяя старушка - была Мурочкой.

Источник: Link

2.
Глубоко уважаемый Иосиф Виссарионович!

После долгих колебаний я наконец-то решил написать Вам это письмо. Его тема - советские дети. [Есть] обширная группа детей, моральное разложение которых внушает мне большую тревогу... Около месяца назад в Машковом переулке у меня на глазах был задержан карманный вор, [который] до сих пор как ни в чем не бывало учится в 613-й школе... во втором классе... Фамилия этого школьника Шагай... РайОНО возражает против его исключения... мне известно большое количество школ, где имеются социально-опасные дети, которых необходимо оттуда изъять... Вот, например, 135-я школа Советского района... в классе 3 “В” есть четверка – Валя Царицын, Юра Хромов, Миша Шаховцев, Апрелов, – представляющая резкий контраст со всем остальным коллективом... Сережа Королев, ученик 1-го класса “В”, занимался карманными кражами в кинотеатре “Новости дня”... я видел 10-летних мальчишек, которые бросали пригоршни пыли в глаза обезьянкам [в зоопарке]... Мне рассказывали достоверные люди о школьниках, которые во время детского спектакля, воспользовавшись темнотою зрительного зала, стали стрелять из рогаток в актеров...

Для их перевоспитания необходимо раньше всего основать возможно больше трудколоний с суровым военным режимом... Основное занятие колоний – земледельческий труд. Во главе каждой колонии нужно поставить военного. Для управления трудколониями должно быть создано особое ведомство... При наличии этих колоний можно произвести тщательную чистку каждой школы: изъять оттуда всех социально-опасных детей...

Прежде чем я позволил себе обратиться к Вам с этим письмом я обращался в разные инстанции, но решительно ничего не добился... Я не сомневаюсь, что Вы, при всех Ваших титанически-огромных трудах, незамедлительно примете мудрые меры...

С глубоким почитанием писатель К. Чуковский

"Источник. Документы русской истории”, 1997, № 3, стр. 136-138. Письмо датируется 1943 годом.
Tags: Чуковский
Subscribe

  • Неожиданный финал!

    Побег с работы… Дача секретарши… Коньяк. Конфеты. Вместе душ. И дальше… Безумие…. Безумие… Потом Вы чинно…

  • Александр Харчиков. Гнильё нации

    "Совесть нации". Кто славословить был готов Вождя на тысячи ладов, Кто о репрессиях стенал И о ГУЛагах вспоминал? Кто…

  • Эдуард Шляпников - Новый Козьма Прутков

    Продолжаю копипастить подборку стихов Эдуарда Шляпникова - Нового Козьмы Пруткова: Вздрогнет под ногой порог… Вздрогнет под ногой порог…

promo banguerski_alex april 11, 2018 15:00 1
Buy for 100 tokens
Мою статью разместили на сайте весьма солидного журнала "Россия в глобальной политике": Поджечь траву, избежать пожара 29 января 2018 Александр Бангерский Александр Бангерский Резюме: Столетие Февральской, а затем и Октябрьской революции 1917 года прошли на удивление тихо и…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments