Александр Бангерский (banguerski_alex) wrote,
Александр Бангерский
banguerski_alex

Французский социолог отвечает на вопросы « МН »

« Социальный лифт » во Франции везет только вниз


Президентом станет тот, кто убедит избирателей, что способен его починить

 

Известный французский социолог и семиолог Ален Мержье отвечает на вопросы « МН »

Франция славится непредсказуемостью своего электората. Вы были единственным из социологов, кто предупреждал о возможности выхода Ле Пена во второй тур президентских выборов 2002 года и о том, что Европейская конституция на референдуме 2005 года не будет принята. Как Вам это удалось и каких сюрпризов можно ждать от нынешних выборов?

Если какое-то явление в обществе кажется неожиданным, а именно так были восприняты два « политических землетрясения », о которых Вы упомянули, следует разобраться: действительно ли событие было непредсказуемым, как подземный толчок, или же несовершенны методики анализа и прогнозирования. Ответ на этот вопрос – ключевой для понимания отношений между народом и элитой.

Как это ни удивительно, элита и обслуживающее ее экспертное сообщество долгое время игнорировали важнейшую составляющую общества: так называемые народные слои. Вернее, приписывали им примерно такое же поведение и взгляды, как у средних классов.

Это было верно 20-30 лет назад, когда общество достаточно стабильно развивалось и люди были относительно спокойны за свое будущее. Все, в том числе и левые, видели для себя перспективу. В менталитете французов прочно укрепилось понятие неписанного « республиканского пакта »: суть его в том, что каждый мог, если хотел и прилагал к тому серьезные усилия, продвигаться вверх по социальной лестнице. Рабочий мог стать мастером. Это называлось « социальный лифт ».

А лет 15 назад лифт сломался. Хуже того: в восприятии очень значительной доли населения он не просто перестал работать на подъем, а мощно тянет вниз! Один из наших собеседников в ходе социологических исследований очень четко сформулировал то, что чувствуют многие: « Сегодня я трачу больше энергии на то, чтобы не опускаться вниз, чем раньше тратил на то, чтобы подниматься вверх ».

И какая же тут связь с непредсказуемостью выборов?

Самая прямая. У людей возникло ощущение, что их судьба больше от них не зависит. Что они перестали быть субъектами экономической жизни, стали ее объектами. Причем речь идет об очень массовом явлении: по данным наших исследований, так настроена примерно половина электората. И, поскольку до самого недавнего времени этот феномен не находил никакого отражения в политическом дискурсе крупных партий, носители таких настроений перестали рассматривать себя и как субъекты политики.

Иначе говоря, и левые и правые, думая, что обращаются ко всему электорату, на самом деле говорили лишь с наиболее благополучной половиной его. Остальные – а это большинство рабочих и служащих, к которым прибавляется все более значительная доля среднего класса – еще в начале 90-х годов почувствовали себя преданными. Правила игры больше не действовали. А политические элиты были не просто далеки (так, в общем-то, было всегда) – они стали совершенно чужды массам. К тому же практически ушла с политической сцены компартия.

Народные массы деполитизировались?

Думать так – величайшее заблуждение. Они потеряли веру в традиционные политические партии. И потеряли веру в то, что сами могут играть какую-то роль в политике. Но это не значит, что они потеряли интерес к политике. Возросло число голосов, отданных за крайне правых и крайне левых. Причем, в первую очередь, это были голоса рабочих и служащих. Механизм прост: таким образом, « протестным голосованием » простые люди возвращали себе роль политических субъектов.

После того, как они дважды, в 2002 и 2005 годах, убедились в своей способности кардинальным образом менять ход политической жизни, народные массы обрели новое « политическое сознание ». Надо сказать, что ничего неожиданного на самом деле в этом не было. Тенденция четко просматривалась еще на президентских выборах 1995 года. И подтверждалась в наших исследованиях. Я предупреждал о ней наших политических лидеров.

Но это осталось « гласом вопиющего в пустыне »?

К сожалению. Вообще, надо сказать, что сам термин « народные слои » считался чуть ли не неприличным, этой темы избегали. Теперь отношение к ним меняется, они заставили если не уважать себя, то, по крайней мере, принимать во внимание, учитывать их существование. Николя Саркози и Сеголен Руаяль явно извлекли уроки из ошибок своих предшественников. Поэтому, если только сами кандидаты не совершат каких-то глупостей, я не жду неожиданностей от предстоящих выборов.

Каков Ваш прогноз?

Я не занимаюсь предвыборной арифметикой. Важно, что народные массы теперь вновь ощутили себя политическим субъектом. Когда избирателям стало ясно, что они могут совершать реальные политические действия, следующим шагом, после простого « протестного голосования », становится для них возможность выбора. Это - совершенно новый этап политической демократии. И он уже привел к радикальной трансформации политического дискурса двух главных протагонистов – Саркози и Руаяль.

Перед ними стоит двойная задача. Во-первых – убедить избирателя, что у них есть достаточно сил и решимости, чтобы изменить существующее положение вещей. Во-вторых – показать, что их предложения, их программы отличаются друг от друга.

И от традиционных программ их партий.

Вот именно. И тут Саркози опережает Руаяль, потому что у него было больше времени: он уже давно возглавляет свою партию, а она лишь недавно сумела добиться лидерства в своей. Как это ни парадоксально, своим успехом Руаяль в известном смысле обязана Саркози. Их достоинства и недостатки симметричны.

Саркози всячески стремился внушить, что он способен на реальные жесткие действия, что он олицетворяет силу. Это -достоинство для борьбы с насилием, с преступностью, но и недостаток, потому что он внушает беспокойство, в нем есть что-то пугающее.

Руаяль – более этичная, более мирная, она олицетворяет справедливость. Но есть ли уверенность, что она достаточно сильна, достаточно решительна?

С ней – риск, что она пойдет недостаточно далеко.

С ним – риск, что пойдет слишком далеко.

Люди предпочитают риск « сильной руки ».

Значит, президентом будет Саркози?

Президентом будет тот, или та, кто лучше сумеет внушить избирателям веру в свою способность и желание изменить ситуацию.

Чего же конкретно ждут французы от будущего президента?

Верните нам нашу систему: чтобы « социальный лифт » опять заработал. Верните наши базовые ценности: чтобы школа нормально функционировала, чтобы мы были спокойны, отпуская туда детей.

Короче говоря, люди хотят если не уверенности в завтрашнем дне, то, хотя бы, избавления от тягостного ощущения, что завтра будет хуже, чем сегодня, что их дети будут жить хуже, чем они сами.

Но разве жизнь действительно становится хуже?

Важно, как ее воспринимает все более значительная часть общества. Вот, например, социологические исследования показывают, что более половины руководящих кадров опасаются не просто потерять работу, а остаться без жилья, стать бездомными! А ведь безработица среди них составляет всего 5%, казалось бы – чего бояться?

Действительно, непонятно.

А дело в том, что люди рассуждают, исходя не из оценки вероятности того или иного риска, а из масштабов угрозы. То есть, важно не насколько велика опасность, а насколько она страшна. Например, после терактов или авиакатастроф количество пассажиров резко снижается, хотя объективный риск и не возрос.

Если раньше руководящие работники знали, что их будущее зависит от того, как они будут работать, то теперь – не так. Их опыт, знания, верность хозяину – все это теперь ничего не стоит. Фирма может быть ликвидирована просто потому, что это окажется выгодным для финансовых спекуляций. При слиянии с другой фирмой уволят не худших, а тех, кто получает более высокую зарплату. И хотя такие вещи происходят не так уж часто, но каждый знает, что в любой момент это может произойти и с ним.

Часто приходится слышать, что деление на левых и правых уходит в прошлое.

Это не совсем так. Действительно, определить свою принадлежность к тому или другому лагерю стало сложнее. Многие вопросы одинаково беспокоят и левых и правых. Программы Саркози и Руаяль весьма сложны. Оба они не боятся уходить от традиционных схем. И поскольку оба они построили свои предвыборные кампании, ориентируясь в первую очередь на чаяния тех самых народных слоев, которых игнорировали их предшественники, основные проблемы в их программах одни и те же: безработица, борьба с преступностью, школа, иммигранты и их интеграция...

Верхние слои среднего класса, а в особенности – интеллектуалов, шокирует смелость обоих кандидатов, она воспринимается, как « популистский подход ». А главное, эти слои не могут определиться: за кого все-таки голосовать? И тут появляется Франсуа Байру. Он упрощает все. Он говорит: « Не ломайте голову! Вы колеблетесь между левыми и правыми? А я предлагаю компромисс. Вместо выбора между двумя сложными решениями я предлагаю одно простое ». Такое решение очень удобно для верхних слоев среднего класса, но оно совершенно не учитывает центральных, ключевых вопросов, которые ставят народные массы.

Особенность нынешней ситуации – в том, что эти основные вопросы не противопоставляют больше правых и левых. Я бы сказал, что общество теперь делится в первую очередь на народные слои, являющиеся сейчас главным двигателем политических изменений, и элитарные слои, оказавшиеся неспособными понять необходимость этих изменений. А уже во вторую очередь происходит новое расслоение на правых и левых – в зависимости от предлагаемых ими вариантов решений одних и тех же насущных проблем.

Александр Бангерский,
Париж.

Ален Мержье (Alain Mergier) – известный французский социолог и семиолог. Проводил исследования во Франции, Аргентине, Бразилии, Венесуэле, Колумбии, Японии, Филиппинах, Гонконге, Венгрии. Был советником президента Аргентины. Эксперт Совета Европы. Основатель и директор исследовательского центра « Wei opinion » (Париж), изучающего процессы формирования мнений и поведения социальных групп. Среди его заказчиков – крупные государственные организации (почта, железные дороги, телефонная сеть, соцстрах, « Газ де Франс ») и политические партии Франции.

(Московские Новости, 20.04.2007 - но в газете интервью сильно сократили)

В следующих постах я размещу французские тексты на ту же тему.

 

Tags: МН, Франция, из моего, из напечатанного
Subscribe

  • Три правила достижения успеха

    1. Знать больше, чем остальные. 2. Работать больше, чем остальные. 3. Ожидать меньше, чем остальные. Уильям Шекспир.

  • Маркетинговые войны

    О войнах за умы и сердца покупателей Почему борьба за покупателей вышла за рамки их потребностей? Почему современные рынки стали похожи на театр…

  • Уроки жизни от Конфуция: не корректируйте цели

    1. Просто продолжайте идти «Неважно, как медленно Вы идете, до тех пор, пока Вы не остановитесь» Если вы будете продолжать идти по…

promo banguerski_alex april 11, 2018 15:00 1
Buy for 100 tokens
Мою статью разместили на сайте весьма солидного журнала "Россия в глобальной политике": Поджечь траву, избежать пожара 29 января 2018 Александр Бангерский Александр Бангерский Резюме: Столетие Февральской, а затем и Октябрьской революции 1917 года прошли на удивление тихо и…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments